Столично-депрессивная зарисовка

"...А иногда едешь в метро, посмотришь кругом 

и заплачешь: одни ангельские лица. Правда, редко."

Л. Улицкая

Москва, декабрь, адаптация.

Плотная серая небесная масса лежит прямо на головах у прохожих, утро как вечер, то и дело принимается ледяной декабрьскиий дождь... Мы с отвращением шлепаем по просторным лужам, пытаясь протиснуться между машинами на тротуарах. Парковок нет, как нет и правил уличного движения, зато есть  много автомобилей, чьи владельцы проводят в пробках, наверное, полжизни. Метро это, конечно, выход. Но "культурные" люди в метро не спускаются, а может, просто не берут культуру в метро. Поэтому в подземке толкаются лишь бескультурные граждане, и толкаются ощутимо. А извиняться пока не привыкли. Когда мы спускаемся в метро, то тоже вливаемся в некультурные массы и тоже толкаемся, пытаясь без потерь вырулить в нужном направлении и утрамбоваться в вагон. Бытие фатально определяет наше изменённое сознание...да, улыбаться что-то расхотелось.

"...А иногда едешь в метро, 

посмотришь кругом и 
заплачешь: одни ангельские 
лица. Правда, редко..."

Вместо книжек и газет в народных руках теперь сотовые телефоны, айподы, электронные книжки, ноутбуки... "самая читающая страна" азартно тычет пальцами в кнопочки. 

На "простите, как пройти..." на улице вряд ли кто вам ответит, никто ничего не знает, местные жители на улицах не встречаются, исчезли, как класс, как вид, или косят под приезжих. А может, сидят комфортно запечатанные в автомобильных пробках. Или, сдав приезжим квартиры, живут не в Москве. Почти уже не встречаются москвичи и в сервисе, официанты знают дорогу лишь до ближайшей станции метро, а смуглые уличные торговцы, может, и знают больше, чем официанты, но плохо говорят по-русски. 

Но самое ужасное всё-таки не депрессивная погода и слякоть, а безрадостные выражения человеческих лиц. Как будто всё пропало или, что ещё хуже, будто все должны.  

Отсматриваем съемные квартиры, цены оглушительные, интерьер в большинстве случаев - совок совком, старые обои, побитые плюшевые диваны, прикрытая клеёночкой рухлядь на балконе, традиционно сохраняемая для дач. Правда, если заявляют "евроремонт", то это ещё хуже, бьет по глазам показуха и безвкусица.

В панельном доме на Якиманке, в одной не очень большой гостиной обнаружился большой и ненужный нам торжественный рояль, величиной с комнату. И стул. Из мебели больше ничего. В нагрузку шла замусоленная кухонка величиной с почтовую марку и неприветливый хозяин жилья. За цену немногим более $3000 в месяц. Посудомоечные машины в квартирах все еще редкость (да и куда их втиснуть), про электрическую сушилку я перестала спрашивать, потому что это вообще никому-непонятно-что. Предъявляют проволочную сушилку для развешивания белья. Правду говорят, к хорошему и удобному привыкаешь быстро, а отвыкание приводит к жестокой ломке.


Хотя, ну что там жаловаться, вот вчера попались "шикарные" апартаменты, оснащенные корпулентной испанской мебелью (с жуткими позументами). На испанском производителе представитель хозяина квартиры настаивал особо. Говорил громко, напористо, на нас посматривал свысока и с некоторым подозрением: спортивные курточки и кроссовки это вам не норковые манто и каблукастая обувь по местной моде. Да и держимся простовато. В общем, до московских стандартов явно не дотягиваем. В России ведь всегда встречали по одежке, уважали силу, подчинялись агрессии. Да и 70 лет дефицита сыграли с народом недобрую шутку.    


На прощанье риэлтор из квартиры с позументами доверительно шепнул, что хозяин -  хороший, лишнего беспокоить не будет. Видимо, имелось ввиду, что это большой плюс и так бывает не всегда... 

От ненастья, неустроенности, непривычки и прочих "не" очень помогает Пелам Гренвилл Вудхаус (Pelham Grenville Wodehouse) с его неповторимым чувством юмора и добродушными героями.


...А в остальном, прекрасная маркиза... ждем, по слухам, жизнь вскоре наладится и начнёт нас страшно баловать...